Анайрен: Цена бесценного

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Анайрен: Цена бесценного » Глава #1: Цена бесценного » [13.03.1403] В развороченном раю


[13.03.1403] В развороченном раю

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время: 13 гекамвена 1403 года
Место: Эсиллит
Участники: Бьярки, Химан Риливин
Описание: на теле израненного города есть нетронутое войной пятно - городской храм Миреи, приютивший всех, кто город защищал и кто в городе просто жил. Храм Миреи давно был бы разрушен, если бы среди штурмовавших Эссилит войск не было бы столько светлых эльфов, которые почитают Мирею наравне с людьми. Вот и выходит, что выйти их храма - быть убитым тут же, а сидеть внутри - верная смерть от голода и ран.
В интересах нового коменданта города, принца Химана, решить этот вопрос мирно и бескровно. Желательно - быстро. Он даже не подозревает, какой сюрприз его ожидает внутри.

2

- Ты уверен, что стоит так рисковать?
Химан не сразу ответил, не сразу оторвался от бумаг, которые предыдущий комендант оставил в жутком беспорядке, впрочем, тому они тоже достались от почившего уже графа, командовавшего обороной города. Во всем Эссилите по этим самым бумагам до осады было десять пекарен, которые могли бы и сейчас снабжать город хлебом, спасти от голода и местных, и армию захватчиков, которая из-за плохих дорог очень скоро окажется на голодном пайке. Где теперь эти пекарни? О том стоило бы спросить Нагаста Шееха, да только едва ли тот дал бы внятный ответ, так что пусть лучше болтается в петле у всех на виду. Химан поднял взгляд на Анграда, который все еще стоял перед ним и ждал ответа. Интересно, что он хотел от него услышать?
- Рисковать чем? - спокойно переспросил он, рассматривая очередную бумажку и тут же отправляя ее в дотлевающий камин. - Не думаешь же ты, что кто-то из них рискнет поднять руку на того, кто пришел с ним без оружия, с миром?
Хотя, конечно, дело было не в том, что среди защитников храма остались еще отчаянные люди - это можно было сказать наверняка,не строя догадок и предположений. Дело в том лишь, что едва ли кто-то из них так безумен или так принципиально не пойдет на сделку ради спасения, и пусть пока что им не от чего спасаться, но очень скоро скудные запасы еды кончатся, и тем, кто укрылся под защитой светлой богини, придется пить кровь друг друга, чтобы лишь ненадолго продлить собственную агонию. Химан не верил в то, что кто-то из них пойдет на такое, а если и начдется среди выживших такой безумец, то очень скоро его кровью осквернят священное место - ведь больше всего любому живому существу хочется жить, и это было одно из неногих правил, которые роднили между собой две стороны. Химан чувствовал, что Анград все еще сомневается, пусть и не решается дальше спорить, вернее, просто не хочет - знает, что если уже все решено, то он не откажется от намеченного, во что верит.
- Некоторые будут недовольны, - заметил он, глядя в темнеющее вечернее небо за окном, откуда сочилась в комнату закатная прохлада, расползаясь по углам, шарахаясь от тепла камина. Химан промолчал, не зная, что ответить, кроме как "я знаю" ответить было, в сущности, нечего, разве что добавить, что есть в этом мире те, чье недовольство переплюнет недовольство командиров, которым запретили развлекаться с пленными и от которых теперь оградили святое место.
- Если отдать храм на растерзание, будут недовольны светлые. С Ламией же пусть Серая Леди сама разговаривает, думаю, что у Амариллос пока что достаточно пленных для приношений своей богине.
Хорошо, что этого никто не слышит. Анграду он верил, как себе, но вот постороннему этой фразы будет достаточно, чтобы усомниться в его верности и броситься с этой правдой в кармане к тем, кому так не нравится это миролюбие. Корса до сих пор считает это преступным проявлением слабости, а у него в противовес есть только молчание и упрямое следование собственной выбранной позиции, с которой Химан надеялся не сойти до самого конца войны. Когда-нибудь ведь она кончится. Когда-нибудь все сложат оружие, и тогда начнут считать не то, сколько загублено людей и сколько утрачено городов, домов и храмов, но сколько жизней сохранено и сколько спасено золота, которого пока что только много. По крайней мере, ему хотелось в этом верить. Химан бросил в камин последнюю ненужную бумагу, пролистав то, что осталось. С этим стоит разобраться позже - он уже слышал, как в отдалении забряцали доспехи вызванных наверх рыцарей. Пора.
- Идем.
Да, им стоило торопиться. Немало найдется тех, кто мог бы запретить ему делать что-либо, и пока что все они были далеко, и только Ламия,как говорят, направлялась в Эссилит по морю. Слух летел вперед нее, но, будь она уже здесь, едва ли не дала бы о себе знать в тот же миг. Едва ли устояли тогда вековые стены городского храма, и так изрядно потрепанные за время долгой осады. Химан рассматривал то, что осталось довоенного величия храма, пока под покровом сгущающейся темноты они ожидали отклика изнутри, куда перед этим проскользнул один из светлых целителей, единственный, кого главная жрица была готова впустить внутрь. Ждать пришлось долго, видимо, страх говорил в собравшихся под защитой этих стен больше, чем здравый смысл, но вот тяжелая дверь приоткрылась, выпуская наружу маленькую женщину, чье лицо еще не укрыла сеть морщин, и молодого человека, в котором без труда можно было опознать воина. Химан почувствовал, как за спиной напрягся Анград и остальные рыцари, но предупредительно поднял руку, смеривая взглядом сопровождающего жрицы, чей взгляд был тих и прозрачен, как весенний лед. А волосы подобны огню.
- Мое имя Хильда, - твердым голосом проговорила она. - А это - Бьярки, мой сопровождающий. Я слушаю Вас.

3

По подсчетам Бьярки пищи жрицам и их защитникам осталось в лучшем случае на три дня. Всего в храме собралось около тридцати человек из них восемь жриц и десять солдат, оставленных командованием их охранять. Калеки, дети и старики. Все те, кто хотел помочь с защитой города, но не был способен сражаться наравне с остальными. Восемь солдат регулярных войск и пять наемников, включая Бьярки, Нито и Бреса. Изначально, правда, их было семь, однако, один тип толи свихнулся на почве безысходности бытия, толи был ранен в голову в бою, а может от рождения боги отмерили ему совсем мало разума. Тем не менее, он решил, что перед неизбежной смертью надо напоследок развлечься, и жрицы прекрасно для этого подходят. О чем он и объявил перед всеми выжившими. Большая часть солдат сразу же схватилась за оружие, остальные, прикинув шансы, присоединились к ним. А самый горячий (совсем еще мальчик) тут же бросился на оратора с ножом, за что и поплатился жизнью - наемник неплохо махал мечом. Эта смерть всех отрезвила. Убийце отплатили той же монетой, уже не опасаясь гнева богини.
Мда, отрезвила, но стоило последнему хрипу вырваться из глотки наемника, как все выжившие в ночном бое дружно опустились на холодный камень пола. На них накатила усталость от всех этих смертей, ведь даже здесь, в относительной безопасности, среди союзников, смерть не перестала преследовать их.
Ночью никто так и не смог сомкнуть глаз и, как оказалось, не зря. После долгих уговоров, демонстрации дружеских намерений и, только убедившись в отсутствии у визитера оружия, в храм был пропущен светлый эльф – целитель. Он принес предложение о переговорах. Несмотря на то, что озвучивал он его пред очами всех людей, находившихся в храме, жрицы обсуждали его предложение сугубо между собой. Обсуждали долго. Но в итоге главная жрица объявила всем о своем намерении выйти к эльфам.
Жребий вещь непредсказуемая. В этом на собственном опыте убедился Бьярки, когда госпоже Хильде понадобился сопровождающий для встречи с представителем захватчиков. Интересно, жрицы тоже бросали жребий? Он не горел желанием участвовать в этой встрече. Но и дрожать от страха, стоя на коленях у алтаря Миреи, тоже не собирался. Не то чтобы у оставшихся было больше шансов выжить, но и выхода не было. Так, если переговоры будут вестись на языке стали, он хотя бы сможет продать свою жизнь подороже, а не сдохнуть от голода в спасительном, как когда-то казалось, храме или быть добитым каким-нибудь безымянным эльфом, не способный от того же голода даже поднять меч, когда длинноухие придут их добивать. Ну, а если уж переговоры состоятся, то, по крайней мере, у него будет информация из первых рук. Так он думал. Обнадеживал себя, по правде говоря.
Но вот, раскрыв створку массивной двери храма, Бьярки первым вышел за его приделы. Впрочем, на удивление его не встретили арбалетным болтом в грудь или огненным шаром в лицо. Увидев его, солдаты напряглись, но безоружный темный эльф, стоявший во главе небольшого отряда, жестом призвал всех к спокойствию. Наемник, уже было потянувшийся к эфесу меча, вовремя отдернул руку, может даже слегка резко, нервно.
Переговорщик был высок, очень высок, для темного эльфа, конечно. А его взгляд, брошенный на Бьярки, показался тому весьма и весьма знакомым. Такой же был у Рамерия, решительный, прямой и открытый. Молодому человеку в первые мгновенья это показалось странным. Но затем он понял. И пришел к выводу, что переговоры действительно состоятся. Благодаря этому эльфу.

Отредактировано Бьярки (2014-10-16 12:12:03)

4

Он привык смотреть на большинство окружающих сверху вниз, но маленькая жрица была мала настолько, что Химану приходилось едва ли не наклоняться, нависая над ней, и потому он сделал шаг назад, скользнув еще раз по лицу человека, что стоял за ее спиной. Прозвучавшее имя он расслышал очень хорошо, с удивлением для себя отметил, что внутри ничего даже не дернулось, не отозвалось - словно он заранее все знал, хотя, конечно, это было совсем не так. Но долгое ожидание и заблаговременное знание часто творят удивительные вещи, они примиряют с тем, чего долго ждешь и жаждешь, от этого оно кажется обыденностью, когда претворяется в жизнь, случайно, неожиданно. Теперь он почти отрешенно и безразлично думает о том, что вот перед ним стоит ключ к решению стольких проблем, ответ на такое огромное количество вопросов, кладезь влияния и власти, даже не подозревающий еще, какая битва может развернуться за его жизнь. О том, сколько новых сложностей влечет за собой его появление, так, что некоторые на его месте тут же сочли лучшим его прикопать вон в той придорожной канаве и забыть о существовании бастарда Балларда, увивавшегося за юбками.
Но бастардом он займется потом.
- Мое почтение, - Химан чуть склонил голову перед рыжей жрицей, и этот жест мог легко вызвать недовольство тех, что стояли за его спиной. Это недовольство - мягкий укол между лопаток, и за это он может сказать спасибо только собственной сестре, которой не приходится вести ни с кем переговоры и испытывать на себе недовольство тех, в ком она посеяла ненависть. - Мое имя Химан, я комендант этого города. Я пришел сюда без оружия, - он протянул вперед руки и показал ей раскрытые ладони, в знак того, что ему можно доверять и его можно не бояться. - Я пришел говорить о храме и людях внутри. Я предлагаю Вам сдать храм и выйти наружу. На моих условиях.

Свернутый текст

прошу прощения, что он короткий, но не вижу смысла мусолить тему долго

5

[ava]http://s1.uploads.ru/7awCt.png[/ava] [nic]Хильда[/nic] [sta]Старшая жрица[/sta]

   По лицу рыжеволосой жрицы пробежала тень удивления - не каждый раз к храму приходят со столь неоднозначным предложением. Осторожно тронув наёмника за плечо, она шагнула вперёд, медленно обводя взглядом стоявших за спиной Химана.
    - Ваша сила не в клинке, комендант, - девушка настороженно глядела в глаза назвавшегося, походя на исхудавшего зверя, которого загнали в угол, впалые щёки, бледность и царапины на лице лишь усиливали сходство. - Нам нечем не можем послужить вам, под защитой богини лишь жрицы и раненные.
   Хильда пережила все штурмы Эссилита, проведя здесь долгие три года, но произошедшее двумя ночами раннее испугало её сильнее всего, порождая ночные кошмары. А стоило летающим тварям появиться в поле её зрения и страх ледяными пальцами сковывал сердце, заставляя бросать остающиеся моральные силы на его преодоление. Попытка спрятаться от всего этого в тёмном углу могла кончиться фатально не только для неё, но и для тех кто ещё держался в Приюте.
   И оставалось держаться, подбадривая сестёр и обещая скорое исцеление раненным.

6

Чертовы нервы. С языка Бьярки чуть не сорвалось крепкое выражение в адрес темного эльфа, но он успел вовремя сомкнуть уста. Сдать оружие и покинуть стены храма… Такое предложение попахивает суицидом. Впрочем, также как и остаться внутри. Выбор между голодной смертью и какой-нибудь виселицей, восхитительно. Так или иначе, но наемник решил, что это не его переговоры, Хильда представляет тут его интересы, пускай все так и остается. Бастард бы на этом месте сделал глубокий вдох, будь он менее тактичен.
Отсутствие оружия у новоиспеченного коменданта не являлось гарантией их безопасности. Стоит эльфу сделать пару шагов назад и его прикроют своими щитами и, если потребуется, телами его телохранители. А достать потом миниатюрную жрицу и одного единственного воина для такого отряда не составит особых проблем.
Не стоит забывать, что этот Химан еще в полной мере не озвучил свое предложение. Быть может, оценка, которую ему дал наемник в самом начале, все же верна.
Прикосновение жрицы заставило парня невольно вздрогнуть. Он пропустил ее вперед, не сводя взгляда с эльфов. Бьярки все прикидывал скольких он успеет порубить до того, как живот или спину пронзит насквозь вражий клинок. Одного? Двух? Или, быть может, ни одного? Даже если его атака будет неожиданной, что, вообще-то, сомнительно, все-таки на вид опытные вояки.
Наемнику оставалось лишь наблюдать со стороны за дальнейшим развитием событий. Быть может, погибнуть смертью храбрых, бросившись на численно превосходящего тебя врага, не так уж и плохо. Но он не мог обречь на смерть всех тех, кто остался в храме и маленькую, усталую, но храбрую жрицу. Все же надежда умирает последней. Но это не то высказывание, которые вам бы захотелось проверить на практике.

Отредактировано Бьярки (2014-11-04 02:44:47)

7

Химан чуть удивленно посмотрел на маленькую жрицу сверху вниз, не решившись уточнить, что именно она имела в виду, когда сказала, что не в оружии его сила. Сила воина - в его клинке и умении этот клинок применять, и всю жизнь его учили именно тому, что меч его оружие, а слово - удел других, среди которых ему места не нашлось. Судьба сейчас сама вложила ему в руки силу слова, но он все еще ощущает себя так, словно ему отдали от безысходности чужой клинок, оброненный кем-то, кто шел в строю впереди, но вот теперь не удержал, случилось так. Это вынужденность, и вынужденность привела его сюда сейчас, и зря маленькая жрица говорит, что ничем не может послужить ему.
- У Вас есть то, что нужно мне, - проговорил Химан негромко, снова посмотрев на бастарда за плечом у жрицы. Нет, это не то - он почувствовал, как напряглась женщина, неужели знает? - это он возьмет себе и так, не спрашивая ее разрешения. - У Вас есть сила, которая мне не дана, Хильда, власть и вес среди этих людей, что сейчас с опаской глядят из окон домов, когда по улице идет мой патруль. Я хочу, чтобы Вы и Ваши люди сказали им, что им нечего бояться.
Надежда - тонкая, как паутина, она дрожит на ветру, что силится разорвать нить, любовно сплетенную пауком. Эта нить - и спасение, и ловушка, но кто из них никогда не попадал в сети собственных желаний, тот не знает истинной жизни и не знает, что значит идти к цели. Маленькая жрица, что была существом смиренным и кротким, едва ли понимала, зачем ему нужно это - на самом деле, что в действительности скрыто за простой просьбой успокоить народ, испуганно глядящий на каждого, одетого в цвета Риливинов. Едва ли поймет, а когда появятся те, кто осознает его желания и цели, будет уже поздно чинить ему препоны.
Но для того ей нужно согласиться.

8

[ava]http://s1.uploads.ru/7awCt.png[/ava] [nic]Хильда[/nic] [sta]Старшая жрица[/sta]

   Холодный ветер теребил пряди волос, пока гулко стучало сердце и ладони становились влажными от волнения. В голове стало неожиданно пусто, в то время как комендант ждал ответа. Закусив губу, жрица исподлобья взглянула на Бьярки, стоящего чуть позади, но ни на секунду не задержалась, делая вид что рассматривает подол своего платья, чей белый цвет был спрятан под слоями пота, грязи и крови. Не нужно было молитвы, хватило одного взгляда на себя, чтобы вспомнить сколько страшных дней и ночей она видела в этом городе, сколько раз молила о спасении. Возможно ли чтобы богиня, услышав её, даровала столь... неоднозначный выход?
   Рыжеволосая жрица подняла взгляд на тёмного, облизнув пересохшие губы:
    - Укрывшимся в Приюте Ходящих осталась лишь одна милость - правда, которую они видят из окон храма. У меня не хватит духу лишить их этой милости, - дрогнувший было голос обрёл внутреннюю уверенность. Попробуйте заставить поверить людей, смотрящих на разгромленный город, где на улицах смешалась грязь и кровь соотечественников, что здесь они в безопасности и им ничего не грозит. - И если вы обещаете безопасность... докажите что не обманываете.
   О том что настаивать на своём решении, а тем более заставлять что-либо делать коменданта захваченного города, не то чтобы правильно, Хильда вспомнила уже после того как сказала ему об этом. Если они действительно нужны коменданту, Химан покажет это, если же нет - она сделала всё что в её силах, и на дальнейшее лишь воля богини.

9

Не стоило рассчитывать на быстрое безоговорочное согласие, и все равно внутри у него дернулось едва ощутимое недовольство - невольно, но он ждал от нее мгновенного "да", которого мог бы добиться без особого труда, если бы захотел. Но что толку в принуждении, если он сам пришел сюда почти просить ее помощи - хотелось лишь думать, что это не более чем выгодная обоим сделка, но в реальности жрица имела право требовать от него ответа и такого, какой нужен ей. Ведь пришел к ней он, и в глазах некоторые это будет непростительной слабостью. Но что ему мнение нескольких, когда на чаши весов брошено так много? К плевкам он давно привык.
- То, что я стою здесь перед Вами - недостаточное доказательство моей доброй воли? - Химан чуть наклонил голову на бок, как будто даже снисходительно, но в этой снисходительности не было насмешки. Ему нравилась эта маленькая жрица - уж что, но храбрость и честность он ценить умел. - Ваш охранник может броситься сейчас на меня, и, если ему достанет мастерства, убить на месте. Конечно, он потом тоже умрет, а некоторые, быть может, даже порадуются.
Спиной Химан чувствовал недовольство рыцарей, которым явно не нравилось происходящее. Химн понимал их. Они привыкли действовать, а не говорить, но он не может позволить себе роскошь решать все сталью и кровью - это путь в тупик, на пути, где и так пролито очень много ненужной, пустой крови. Их учили презрению к цене чужой жизни, и только ему, кажется, повезло в свое время понять истинную ее ценность. Благодаря Морталаду. Ему хотелось думать, что он бы одобрил происходящее, что ему понравилось бы, что темный эльф действует не так, как от него ждут люди, привыкшие видеть в их племени только жестоких убийц.

10

[ava]http://s1.uploads.ru/7awCt.png[/ava] [nic]Хильда[/nic] [sta]Старшая жрица[/sta]

   Хильда исподлобья глядела на коменданта города, с трудом оставаясь упрямой хотя бы внешне, ведь внутренне была уже готова сдаться. Слова тёмного были правильными - тонущий хватается за любую возможность выжить и благодарит судьбу за любое спасение, но...
   Девушка вскинула голову, чувствуя холод, сложила руки на груди:
    - Мы нуждаемся друг в друге, комендант. У нас почти не осталось еды, в Храме не укрыться от непогоды, а в лечении мы надеемся лишь на покровительство богини. И даже если вы говорите о простой безопасности в городе, даже если вы готовы её обеспечить, мы всё равно погибнем, не протяни вы нам руку помощи, - голос дрогнул, но жрица не поспешила отводить глаза. Какая надежда может вырасти на почве пролитой крови да под звуки плача раненных?
    - Мёртвые не надеются, - усмешка вышла печальной и натянутой, забирая последние моральные силы. Хильда опустила глаза вцепившись пальцами в плечо. - В следующий раз приходите не с пустыми руками.
   Жрица решительным шагом возвращалась в храм, едва сдерживаясь от желания побежать и скрыться за стенами Приюта, где было отчасти безопасно. Потянув дверь и очутившись в полумраке притвора, Хильда прижалась к холодной каменной стене и медленно осела по ней, пряча в ладонях лицо.

11

Бастард был уверен, что Хильда согласится, что она понимает – это единственный способ спасти людей, нашедших приют в храме, а может и кого-то из оставшихся в Эсиллите горожан. Но она не смогла ответить согласием, и это он тоже понимал.
Жаль, но эта встреча не привнесла определенности в сложившуюся ситуацию. И Бьярки знал, что никак не может на нее повлиять... пока. На месте жрицы он бы согласился, ведь других шансов выжить у них нет. Но он, конечно, примет ее решение. Бастард чувствовал ответственность за этих людей...
Делай, что должно, и будь что будет. Это философия действительно пришлась наемнику по душе. Когда его терзают сомнения, он произносит про себя эту фразу и принимает решение. Может верное, а может нет, но это вопрос неразрешимый и думать об этом будут другие и в другое время. А бездействие смерти подобно, причем, как правило, не только своей.
Бьярки поймал взгляд эльфа и чуть заметно кивнул. Пускай поломает голову: был ли это просто знак уважения или же нечто большее. А затем наемник развернулся и шагнул следом за жрицей.

Отредактировано Бьярки (2014-12-31 19:20:59)

12

[ava]http://s1.uploads.ru/7awCt.png[/ava] [nic]Хильда[/nic] [sta]Старшая жрица[/sta]

   Хильда вздрогнула от хлопка массивной двери, закрывшейся за спиной наёмника. Стойкость, проявленная перед лицом тёмных, растеклась по уголкам, лишая шансов собрать её в ближайшем будущем. Мысли, испарившиеся из головы ещё секунду назад, медленно и неотвратимо вползали обратно, пугая оскалом реальности и заставляя думать и в красках представлять что сделают с Приютом захватчики.
   Шмыгнув носом, она подняла взгляд на Медвежонка, надеясь что в полумраке притвора покрасневшие глаза будут не так заметны:
    - Что... - голос предательски захрипел, - ...что ты предпринял бы на моём месте?
   Глядя на фигуру наёмника, жрица ощутила неожиданную злость, в первую очередь на себя - она в ответе за людей, прячущихся от произвола тёмных, но неспособна шагнуть навстречу возможному спасению! Её проклятая упёртость стала опасной для жизней окружающих.
   Девушка шумно втянула носом воздух, сжав кулаки и вперив взгляд в кучу обломков, лежащих у стены напротив. Едва ли её долгое отсутствие вдохновит горстку выживших, а значит нужно собрать волю в кулак. Где бы только силы найти?

Отредактировано Тератас (2015-01-30 18:58:15)

13

Стоило раздаться хлопку двери за спиной, как Бьярки почувствовал такую тяжесть, опустившуюся ему на плечи, что его ноги чуть не подкосились, хотелось сесть, нет, упасть, закрыть глаза и забыть все это, как страшный сон. Войну со всеми этими бессмысленными смертями, изгнание матери и эти назойливые, презрительные шепотки за спиной, которые широкой рекой изливались на бастарда при дворе. Но как он мог так поступить с держащейся из последних сил жрицей? Сможет ли она бороться, если увидит своего защитника обычным испуганным мальчиком, забившемся в угол? Ему оставалось только стать опорой для нее, большим в этой ситуации он помочь не мог. Бывший наемник подобрался как раз вовремя, чтобы услышать вопрос Хильды, разворачивающейся к нему.
На языке вертелось много ободряющих слов, но Медвежонок вовремя прикусил язык. Жрица просила совета.
- Я… Я не знаю, – ему хотелось, чтобы слова звучали уверенней, но стоило начать говорить, как какая бы то ни было уверенность покинула его. – Думаю, я бы согласился, но только потому, что другого выхода я не вижу. Если бездействовать и ждать, мы все умрем, - с каждым словом уверенность возвращалась, но она, к несчастью, была сдобрена хорошей порцией безысходности, пронизывающей этот храм насквозь. - От голода ли, от магии или эльфийской стали – не важно. Исход один. То был шанс, быть может невероятно малый, но шанс нам всем спастись. И я не знаю постучится ли этот шанс в наши двери вновь… - наверняка это не те слова, которые хотела услышать уставшая жрица, но других у него не было.
Его слова, похоже, разозлили девушку, к счастью, это то настроение, которое им всем сейчас необходимо. Смотря на ее сжатые кулачки и быстро вздымающуюся и опускающуюся грудь, Бьярки поймал себя на мысли, что у него давно не было женщины, а жрица-то весьма ничего… Но тут же прогнал эти мысли прочь. Ее уверенность передалась и ему, он, наконец, впервые за эту чудовищно длинную ночь смог расправить плечи и вздохнуть полной грудью.
Делай, что должно, и будь что будет. Мы выживем.

Отредактировано Бьярки (2015-02-16 01:32:49)


Вы здесь » Анайрен: Цена бесценного » Глава #1: Цена бесценного » [13.03.1403] В развороченном раю


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC